Хвар: официальный личный сайт
    
 
Главная   Статьи (772) Студия (4341) Фотографии (314) Новости   Контакты  
 

  Главная > Студия > Цитатель Хвара


И.Каримов. "КСП"


История Московского КСП
Что есть ЦАП
Проблема Авторской Песни




Гитарные школы. А.Костромин (из книги И.Каримова "КСП")

Гитарные школы

Александр Костромин

Летом 1988 года мне позвонила Ирина Алексеева. Сообщив, что Московский горклуб благодаря перестроечной обстановке наконец-то воссоздаётся и даже получает помещение, она пред­ложила мне ни много ни мало возглавить всю библиотечно-архивную работу клуба. Я в это время работал в подмосковной гидрогеологической партии и по совместительству вёл занятия в гитарной школе при театре песни «Перекресток» под руководст­вом В. Луферова. «Ну вот, — сказала телефонная трубка голосом Алексеевой, — заодно и гитарную школу будешь вести». Вот так в октябре 1988 года я перешёл на работу из гидрогеологов в про­фессиональные КСПшники.

Гитарную школу у Луферова я в свое время стал вести не на пустом месте. В бытность свою студентом биолого-почвенного, а потом факультета почвоведения МГУ (1969-1974), я участвовал в работе КСП МГУ, который сначала возглавлял, на моей памяти, Толя Соколов, а потом пришлось заниматься этим делом мне. И деятельность этого клуба уже содержала в себе некоторые элемен­ты того, что впоследствии стало называться «Школа». В частнос­ти, мы собирались раз в неделю на так называемые «занятия Клу­ба студенческой песни». Там мы много-много пели, иногда в под­готовленном режиме — в виде некоторого развёрнутого сообще­ния по творчеству какого-либо автора, или по какой-нибудь теме, либо в режиме обратной связи по запискам из зала. Аудитория 337 на химфаке вмещала человек 100-120 народу, и кто собирался на этих занятиях, понять было невозможно. Там же проводились и разучивания песен, по возможности новых, но «новое» — это всегда относительное понятие. В частности, разучивалась на моей памяти окуджавская «Возьмемся за руки друзья», которая, похоже, тогда была ещё новой. Разучивались какие-то песни Его­рова и т. д., и т. д. Хорошо помню, как приходили к нам Дима Дихтер и Саша Воронов из МАИ, разучивали с нами песню Анатолия Загота про последние бригантины.

Через некоторое время выяснилось, что такая форма занятий хороша для всех, кроме тех, кто хочет ещё и активно аккомпани­ровать себе на инструменте. И в 1973 году, когда я учился уже на четвёртом, что ли, курсе, возникла идея сделать занятия двух ти­пов: не прекращая таких вот вольных песнопений с разучивания­ми, заняться гитаристами отдельно. И вот 13 ноября 1973 года состоялось первое историческое занятие гитарной школы Костромина, о чем по Московскому университету были развешаны афишки формата А4 (одна из них лежит у меня в архиве):

Школа игры на 6-струнной гитаре при Клубе Студенческой Песни приглашает всех желающих на I занятие 13.11.73 в 19:00 на химфак ауд.337





На это занятие собралось, как всегда бывает в начале сезона, около ста человек, — конечно, потом многие отсеялись. И на про­тяжении сезона 1973-1974 года я впервые в своей жизни вёл то, что называется ШКОЛОЙ: для начинающих — лекционный курс, а для продолжающих — курс типа семинарского. Происхо­дило это в каких-то аудиториях биофака.

Всё казалось очень просто: обучай себе ребят песенкам, и вся недолга. На деле же оказалось, что совершенно невозможно пре­подавать Авторскую Песню, не решив для себя сакраменталь­ный вопрос «Что Такое Авторская Песня?». Вопрос этот возни­кает с завидной регулярностью, и столь же перманентно на него пытаются ответить — как бы это сказать? — лучшие умы челове­чества. И каждое из возможных определений порождает совер­шенно неподъёмную лавину методических педагогических приёмов. Например, если определить АП «по Окуджаве» — «думаю­щая песня для думающих людей», — то основной задачей ШКО­ЛЫ становится ни много ни мало обучение людей думать. Тезис А. Володина об АП как о «фольклоре городской интеллиген­ции» переносит центр тяжести на формы бытования песни, и тогда с неизбежностью возникает самодеятельный спортивный туризм, песни у костра и в компаниях. Если же принять опреде­ление АП по Л. Альтшулеру — «музыкальное интонирование русской поэтической речи» (каждый из признаков является не­обходимым, а все пять вместе достаточными), — то обучение поч­ти теряет границы и приобретает этакие возрожденческие чер­ты: наряду с собственно гитарной, музыкальной составляющей, необходимо обучение интонированию — как собственно актёрс­кому, так и способам сочетания слова и музыки; обучившийся должен знать и любить русский язык во всей красе, поэзию как способ существования языка, устность как исходную форму поэзии и пр., и пр. Век учись...

Году в 1971 <|Валерий|> <|Хилтунен|>, тогда ещё студент журфака, а впоследствии журналист «Комсомольской правды», писал о заня­тиях Клуба студенческой песни МГУ примерно так: «Занятия похожи на рыбалку: вылавливают. Но вот попалась в сеть рыбка — а дальше что?» Дескать, что прикажете делать с неофитом — КСП ведь ничего, кроме песенок, предложить не может. При всей аллегоричности образ в целом правильный: АП с точки зре­ния гитарных школ — не совсем вид искусства, а, скорее, опреде­ляющая, стержневая часть некоего образа жизни, сочетающего склонности и к думанию, и к общению, и к языку, и к музыке не­разрывно и нераздельно.

Вообще же, в моем понимании задача гитарной школы чрез­вычайно сложна, ибо задача эта, в первую очередь, социокуль­турная, и связана она с тем объёмом информации, которую кратко излагает Александр Завенович Мирзаян на своих лекци­ях, убедительно возводя авторскую песню чуть ли не в ранг рус­ской национальной идеи. Сводится задача к тому, чтобы в усло­виях враждебного лингвистического окружения не дать оконча­тельно погибнуть здоровому человеческому духу. Точка.

Из учащихся гитарной школы КСП МГУ я могу назвать до­вольно громкие имена, начиная с известного ныне барда Алек­сандра Суханова или с Андрея Сажина, который впоследствии организовал ансамбль «Скай», продолжая Володей Деревщиковым, основателем и руководителем КСП в Подлипках, и закан­чивая Витей Кузнецовым, основателем знаменитой гитарной школы Кузнецовых.

В 1974 году комсомольские руководители закрыли КСП МГУ. Многих тогда попросили больше этим не заниматься, и не­который период затишья в гитарных делах был. Тут я закончил МГУ, поступил на какую-то работу. И в 1975 году, поздней осенью, два активных КСПшника — Александр Наседкин и Юрий Коновалов — на кухне, по-моему, у Юры Коновалова пришли к идее, что надо делать большую, хорошую гитарную школу, не зависимую ни от горклуба и ни от чего. Предложили мне занять­ся этой работой. Я растерянно согласился. После чего усилиями этих двух людей было найдено место, где можно было располо­жить такую гитарную школу. Это был агитпункт рядом со стан­цией метро «Беляево».

Наученный опытом своей работы в МГУ, я уже знал, что нужно вести занятия по крайней мере в двух классах: для начина­ющих и для продолжающих. Понимая, что один в поле не воин, я стал думать о том, какова должна быть система и кто бы мог за­няться этим. И в первую очередь подумал об Александре Евстиг­нееве, одном из наиболее любимых мною тогда гитаристов-аранжировщиков авторской песни. В его руках простые окуджавские и егоровские произведения начинали звучать гитарно интересно, с какими-то наворотами, что сейчас уже является об­щим местом, но тогда ещё было в диковинку. Он и стал у нас главным гитаристом, ибо вёл группу продолжающих, а я вёл группу начинающих. Первое занятие в Беляевской школе состо­ялось 24 ноября 1975 года.

Понимая, что без основы, без базы данных по песенному ма­териалу, то есть без библиотеки, существование школы невоз­можно, ибо основная задача — накопление и передача информа­ции от тех, кто знает, к тем, кто не знает, я обратился к Димит­рию Соколову с предложением возглавить библиотечный отдел Беляевской школы, на что он радостно согласился. И в назна­ченные библиотечные дни Дим Палыч притаскивал огромный рюкзак со всякой бумагой, в которой все желающие могли что-либо искать. Но стройной системы по созданию базы, в которой можно было найти любое интересующее тебя произведение, тог­да создать не удалось (как, впрочем, не удалось создать эту сис­тему и до сей поры), в частности, и потому, что Дима взял на себя множество организаторских функций, став фактически испол­нительным директором школы.

Занятия проводились раз в неделю — если я правильно помню, по понедельникам, поскольку через некоторое время возникло забавное неформальное движение внутри этой ги­тарной школы — небольшие слёты в Подмосковье под названием «Доживём до понедельника». Агитпункт вмещал одновре­менно до ста двадцати человек и обычно бывал набит практи­чески битком.

Вскоре в школе стал преподавать и Вилен Барский, который многим сейчас совершенно неизвестен, а тогда был одним из за­метных педагогов этого жанра. Занятия для начинающих прово­дились большей частью в форме лекционной, но потом я в свой­ственной себе манере ткнул пальцем в показавшиеся мне наибо­лее подходящими для этой работы фигуры из класса продолжа­ющих и предложил им распределить начинающих учащихся между собой. Что и было сделано, и некоторое время форма за­нятий в начальном классе была лекционно-семинарская, причем «профессор» Костромин читал лекции, а педагоги «классом по­жиже» (ни более, ни менее как Виктор Кузнецов, Андрей Сажин и т. п.) разводили учащихся по малым группам и беседовали с ними более конкретно.

Постепенно в Беляевской школе создались такие условия, в которых могли самозарождаться творческие единицы. И они самозарождались. Вот, например, как образовался знаменитый ансамбль «Скай». Вышеупомянутый Андрей Сажин привёл с МГУ, где он тогда учился, Олю Муратову и Лену Чебан. В клас­се продолжающих они познакомились с Димой Богдановым. На биофаке МГУ была агитбригада, а в ней — непременные вокаль­ные ансамбли, которые еще со времен Ляли Розановой и Мити Сахарова в агитпоходах пели преимущественно авторскую пес­ню. Женские ансамбли назывались «ЖАНС», мужские «МАНС», а смешанные, естественно, — «ЖМАНС». Так вот «ЖМАНС», созданный для одного из агитпоходов, и перерос в ансамбль «Скай». В моем дневнике запись: «3 апреля 1978 г. В ШГ «Беляево» — так называемая репетиция (прогон) концерта, намеченного на 13 апреля в ИПУ. <...> У А. Сажина — новый квартет, весьма ничего».

Тут же квартет приметил и приветил Женя Кустовский из группы SCO, по совместительству кандидат музыковедения, ко­торый вёл у нас спецкурс по нотной записи песен с фонограмм, так называемой расшифровке. Кустовский взялся за художест­венное руководство ансамблем. А песня С. Смирнова на стихи Р. Л. Стивенсона «Спой мне о том, кто уплыл на Скай», входив­шая в учебный репертуар «Беляева», дала название новообразо­ванному коллективу, сменив первоначальное маловразумитель­ное «Anqan».

Естественно, нелегальное образование, подобное «Беляе­ву», в те времена долго просуществовать не могло. И однажды помещение гитарной школы оказалось запертым, замок был за­менен. Случилось это 10 апреля 1978 года — как раз к этому дню в школе было подготовлено занятие по песням биофака МГУ, и Вера Парфентьева привела Дмитрия Сухарева – легендарного основоположника агитбригады биофака. На дверях, по-моему, не было даже никаких объявлений, но через некоторое время пришёл какой-то человек и сказал, что в связи с нарушением по­жарной безопасности занятия отменяются. Формулировка меня поразила, ибо именно с такой формулировкой были закрыты за­нятия в КСП МГУ. Впоследствии также за нарушение якобы по­жарной безопасности закрыли и подвал на Плющихе, где неко­торое время находился филиал Беляевской школы. В этом под­вале сосуществовали тогда, если я правильно помню, мы с Витей Кузнецовым. Это был уже, наверное, 1979 год. Потом я куда-то самоустранился, и Витя Кузнецов стал вести самостоятельную педагогическую деятельность вместе с женой Татьяной. Занятия на Плющихе привели к интересному последствию: гитарная школа Кузнецовых подружилась с Гнесинским музыкальным училищем (во главе этой идеи была Мила Скворцова, со време­нем ставшая основным в Москве расшифровщиком нот для из­дания книг бардов). И некоторое время при Гнесинке существо­вала школа самодеятельной песни, которую вели Татьяна и Вик­тор Кузнецовы и в которой студенты этой самой Гнесинки про­ходили педагогическую практику. Многие методические нара­ботки, накопленные «Кузнецовкой»... извините, гитарной шко­лой Кузнецовых, были созданы на этой базе.

А то, что называется ныне гитарной школой Костромина в её теперешнем виде, фактически возникло в начале 1985 года в подвале у Луферова. Там мы провели 1985, 1986 и 1987 годы, и именно оттуда в 1988 году занятия гитарной школы перемести­лись под только что обретенную крышу Московского КСП — в ДК имени Горбунова у Киевского вокзала.

Где-то примерно в 1989 году у Александра Евстигнеева воз­никла идея — попробовать возродить нечто подобное Беляевской школе. И вот в Текстильщиках на базе какого-то техникума некоторое время существовала интересная гитарная школа, где было много педагогов, чем, собственно, и отличалась когда-то Беляевская школа. Кроме нас с Александром Романычем, заня­тия вели такие интересные люди, как Олег Заливако (экс-«Белая гвардия»), Петр Анциферов — скрипач из ансамбля «Берендеи», Павел Полянинов — известный сейчас оперный тенор. Велись за­нятия по интересной системе, когда один и тот же класс периоди­чески переходил из рук в руки: месяц занятия вел один педагог, месяц — другой, месяц — третий, месяц — четвертый. После чего ротация повторялась.

Из учившихся в Текстильщиках назову Риту Красносель­скую — она возникла как ученица школы именно там, а через не­сколько лет стала вести класс начинающих в гитарной школе Центра авторской песни. Еще один педагог гитарной школы ЦАПа, Вера Рожкова, «самозародилась» примерно в то же вре­мя, но уже непосредственно в «Горбунке». А до Веры в первом классе занятия вел старый беляевец Илья Фессель.

Если я правильно помню, то на мое сорокачетырехлетие Гоша Курячий зачитывал этакую наукообразную лекцию о Костроминых — как они устроены, как они действуют. И, в частнос­ти, там был такой интересный посыл, что Костромины размно­жаются почкованием. В самом деле, откуда возникают гитарные педагоги, понять трудно. Они возникают самопроизвольно, и никто их специально не готовит — впрочем, точно так же, как и «самостоятельных творческих личностей». Педагоги внутри школ не появляются, а проявляются, освоив в процессе учебы ме­тодику преподавания. Вот так самопроизвольно возникли и ныне действующие педагоги, ведущие первые классы в ЦАПе, — Костя Сидоров и Шура Леонтьев.

Теперь — о задаче гитарных школ, как она мне видится на ос­нове долгой практики. Когда-то на одном из педсоветов в Беляе­во мною был поставлен вопрос, который и до сих пор, пожалуй, висит как дамоклов меч над всем движением гитарных школ. «Что такое гитарная школа? — задал я вопрос. — Её задача — про­изводство творческих личностей или же помощь всем стражду­щим и жаждущим?» Вопрос поставил всех педагогов в тупик, они думали не менее пяти минут, после чего, произнеся некото­рые хорошие, добрые, тёплые слова, пришли к выводу, что зада­ча гитарной школы — помощь всем страждущим и жаждущим. На протяжении последующих лет я вёл политику именно такую — политику открытого входа. Система для производства твор­ческих личностей должна быть устроена совершенно другим об­разом: творческую личность надо предварительно отобрать и заниматься только ею. А открытый вход подразумевает распы­ление ограниченных педагогических сил на большое число лю­дей, далеко не всегда стремящихся стать самостоятельными творческими единицами. Хотя и творческие личности все-таки случаются, например, в этом году выученица наша Наташа Быстрова стала дипломанткой на XXII Московском конкурсе ав­торской песни.

Когда клуб переехал на Осипенко, 73, для школы постепен­но создались весьма благоприятные условия. Наличие собствен­ного озвученного зала позволило ввести в учебный процесс микрофонную практику, ставшую впоследствии основной фор­мой обратной связи — от ученика к педагогу.

«В клубе песен не до песен» — этот афоризм, говорят, приду­мал когда-то Игорь Михалёв. Действительно, постоянно занима­ясь всепоглощающим «функционированием» — будь то взаимоот­ношения с начальством или с бардами, редакционно-издательское копание в бумажках или забивание гвоздей, — штатные работ­ники клуба практически не имеют времени и возможности ни по­петь самим, ни послушать других. В какой-то момент я, полнос­тью на свой страх и риск, объявил «забастовку»: по пятницам с 19:00 до 23:00 я никакими делами не занимаюсь, а сижу в фойе пе­ред залом и песни пою, поскольку никакой другой возможности у меня для этого нет. Кроме всего прочего, мне лично форму под­держивать надо — и для ведения гитарной школы, и для аккомпа­нирования Городницкому, и вообще. Конечно, я имел в виду не только себя — во многих городах России именно форма совмест­ных песнопений представляет собой основной вид деятельности местного КСП, и нередко приходилось слышать вопрос: «А когда у вас клубный день?» В Московском клубе и понятия-то такого не было, так что для обозначения пятничных посиделок я применил новомодный тогда термин «тусовка». Имелся в виду неформаль­ный характер происходящего: «Кто собрался — то и тусовка», а на вопрос случайно зашедших людей: «А что у вас здесь сейчас бу­дет?» — имелся устойчивый ответ: «У нас здесь никогда ничего не бывает, у нас и сейчас ничего не происходит». Идея «просто по­петь» была подхвачена в первую очередь учащимися гитарной школы, многим из которых не хватало одного занятия в неделю и хотелось больше песен.

Естественным желанием моим было использование певчес­кого потенциала всех собравшихся, поэтому возникновение формы песнопения «гитара по кругу» в таких условиях было за­кономерно неизбежным, что и произошло. Поначалу обходи­лись своими силами, а через некоторое время «приходить по­петь» стали разнообразные люди — как москвичи, так и иного­родние. Самое для меня удивительное, что те ностальгирующие «старички» вроде меня, на которых я, собственно, и рассчиты­вал, вовсе не составили основу собирающейся публики — напро­тив, именно они оказались в исчезающем меньшинстве, а основу составили почему-то студенты и приравненные к ним молодые люди обоих полов.

Не прошло и года, как «тусовка» стала традиционной. День её — пятница — удобным образом совпадал со всевозможными выходами в лес в предстоящие выходные, и в стенах ЦАПа стали собираться туристские компании, в том числе и из числа уча­щихся гитарных школ, да и штатный состав не отставал. Из клу­ба стартовали и дальние походы, как пешие, так и байдарочные, и общие поездки на фестивали в другие города. Туристское обо­рудование постепенно заполнило все укромные углы ЦАПа, так и норовя вылезти наружу. Уютный «проходной двор» служил местом встреч КСПшников МАИ, МГУ, Тимирязевки и пр., и пр., и все приносили к непременному традиционному самовару пряники и песни.

Иногда на «тусовку» забредали незнакомые авторы и начи­нали активно показывать свое творчество. В тех редких случаях, когда песни нравились собравшимся, автора просили петь ещё и ещё. Но гораздо чаще уровень произведений бывал невысок, и естественной реакцией собравшихся было высказывание автору соображений — чем, собственно, не нравятся услышанные песни. Через несколько лет на этой основе с подачи Георгия Курячего была создана «Открытая творческая мастерская» — собственно, та же «тусовка», но собирающаяся именно затем, чтобы погово­рить об услышанном. Форма оказалась на удивление живучей и до сих пор продолжает работать — уже в ДК АЗЛК, куда ЦАП вынужденно перебрался. Всего до лета 2004 года число прове­денных открытых мастерских достигло 56. «Тусовки» же прекра­тились — из-за отсутствия места в новых условиях. Многие счита­ют это главной потерей, которую понёс клуб в связи с переездом.



В кн.: Каримов И.М. История Московского КСП. — М.: Янус-К, 2004. — С.469.


По всем вопросам обращайтесь
к администрации: cap@ksp-msk.ru HotLog Ай Ти Легион - Создание сайтов и поддержка сайтов, реклама в Сети, обслуживание 1С.

© Московский центр авторской песни, 2005

Добавлена 27.08.2010 в 22:20:09

Письмо авторам



Последние статьи:
  Старый новый год

 

 

 

 

 

 

 

 

 


  Все материалы >

Отправьте ссылку другу!

E-mail друга: Ваше имя:


Нашим читателям

  • Вопрос - Ответ new

  • Контакты: письмо авторам

  • Карта сайта

  • Последние статьи:
    Последние новости:


    Работа над ошибками




     

     Keywords: хвар | экопоселение | кругосветка | Хилтунен | футурология |

    Хвар: официальный личный сайт © Хвар.ру Кстати, с



    Индекс цитирования

    Движок для сайта: Sitescript