Хвар: официальный личный сайт
    
 
Главная   Статьи (658) Студия (4262) Фотографии (314) Новости   Контакты  
 

  Главная > Статьи > Архив. Газеты, журналы. С осени 2005-го и до как чего останется. Эпоха тотального индиго.


Все мы оказались...

Все мы оказались беспомощными щенками"
На вопросы РЖ отвечает Валерий Хилтунен
25 декабря 2005

РЖ: Валерий Рудольфович, так уж получилось, что вы остались едва ли не последним действующим членом "Банды Семи", как "ласково" именовал ЦК КПСС группу педагогических журналистов, громче и настойчивее других призывавших к кардинальному реформированию отечественного образования. Хотелось бы узнать ваше мнение о нынешних телодвижениях государства в этой области. Образование названо одним из четырех приоритетных национальных проектов. То есть, свершилось, наконец, то, о чем годами твердили Соловейчик, Матвеев, Матятин...

В.Х: И другие бандиты, из коих мы с Олей Мариничевой числились самыми юными... Я тогда заведовал школьным отделом "Комсомолки".

РЖ: И, стало быть, изнутри видели все, что творилось тогда в цековских кабинетах на Старой площади, в министерских на Чистых Прудах, академических на Погодинке - где сидели главные "образователи". Они, кстати, тоже ведь не раз говорили о реформах...

В.Х: Никаких реформ не было - шел бесконечный и бессмысленный, как строительство моста вдоль речки, косметический ремонт все более ветшавшего в самом фундаменте своем здания Школы. Реформаторский зуд начинался обычно из-за каких-нибудь пустяков. Случайная крикливая мамаша прорывалась к Суслову и ябедничала на школу, где к выпускному вечеру с родителей собирали по тридцатке. Михаил Андреевич ворчал по вертушке Тяжельникову: "Х...во ты, Евгений Михайлович, руководишь школьным комсомолом". Тот орал на всю Новую площадь, все начинали бегать туда-сюда, начинали терроризировать звонками "Комсомолку": идеи давай! Мы писали, не разгибаясь, они - ножницами своими дурацкими - кастрировали наши тексты, чего-то бубнили с трибун, заставляя нас ночами сидеть в корректуре, чтобы не дай бог какую запятую в тех речах не пропустить. И это было так душно и скучно, что одну нашу сотрудницу увезли на скорой - она зевала, зевала, да и вывихнула челюсть. Завершающим аккордом очередной реформы было выступление какого-нибудь академического дурака или министра, который, подняв вверх указательный палец, изрекал очередную пошлость, что "Школа - не лягушка, к прыжкам не приспособлена". И все затихало... Так она и оставалась... лягушкой... нецелованной. Запас прочности у советской школы был колоссальный, в дальних углах ее андеграунда и по чердакам иногда такое творилось, до чего западная педагогика и до сих пор не докумекала. Но главного испытания советская школа не выдержала - ее выпускники в 1991-м понятия не имели, что делать и с чего начать, когда стала заваливаться куда-то на бок Родина. Все мы оказались беспомощными щенками - и золотые медалисты, и двоечники, и народные учителя... Нас не учили быть сильными, да фиктивно-демонстрационная псевдопедагогика и не могла воспитать гражданина. Оно ей и не нужно было. Оглянулись, поперхнулись, отряхнулись... А через пятнадцать лет взвыли - там, в том советском далеке, хоть определенность какая-то была. Но поезд уже ушел. Детей индиго - грозу и надежду человечества - в старые классы уже не усадишь, нет больше такой силы.

РЖ: Так уж...

В.Х: Я много езжу по свету, наблюдаю. Под мышкой у меня "Революция в образовании" - свод статей о ВЕРШИНАХ мировой педагогики. Писали старательные и богатенькие американцы, им хватило командировочных и на Аляску, и на Новую Зеландию - пожалуй, две самые мощные инновационные точки. Я все больше по Шенгену шастаю, хотя голландское (традиционно) и финское (недавний неожиданный прорыв маленькой страны) образование все-таки из лучших в мире.

РЖ: А Великобритания со Швейцарией, куда отправляют на учебу своих отпрысков самые обеспеченные из россиян?

В.Х: Это из области "штучной выделки" - там есть выдающиеся учебные заведения, но общий уровень, м-да... Англичане, кстати, так и не сумели оправиться от шока - отменив физические наказания в массовой школе, они едва не свалились в та-а-кую яму. Не могут они без палки.

РЖ: Но результат-то получается вроде неплохой?

В.Х: Пока. Старые представления уже не работают. Сорбонна издавна считалась лучшим университетом планеты, но что она могла предложить всем своим совокупным разумом, когда горел Париж? Хорошо, что хоть сама не полыхнула. А то бы вошли мы с вами в историю как поколение поджигателей культуры - потомки бы не сильно разбирались, кто и что - арабы, мы, раз были немы - то рабы, и уважения не достойны.

РЖ: То есть, уже наступил предпоследний день Помпеи? Впрочем, мы как-то уж очень политизировали наш мирный диалог.

В.Х: Невежество - ГЛАВНАЯ демоническая сила. Не суть важно, где происходит оболванивание - в средневековых афганских медресе или в средней школе города Гаврилова Яма, где несчастные тетки, получающие раз в двадцать меньше своих швейцарских коллег, пытаются внушить уважение к страданиям Евгения Онегина детям индиго, которым плевать с высокой колокольни и на Пушкина, и на Шишкина. Можно утешать себя плоской мыслью, что молодые арабы парижских предместий (или юные гаврилов-ямки) - это генетический мусор человечества, криминоген, ленивое и нелюбопытное быдло, не подлежащее серьезному обучению, и орать: не бросайте в этот унитаз никаких интеллектуальных или религиозных дрожжей, до добра не доведет! А можно корпеть над архивами Топорова, который как-то ведь сумел приохотить алтайских крестьян к Шекспиру. Можно читать дневники неграмотных поначалу ребятишек Ривина, которые через девять месяцев бурно спорили о "Пролегоменах чистого разума".

РЖ: Чудеса какие-то.

В.Х: А что мне-то делать, если я еще и Топорова живого застал, и последних учеников Ривина, и видел, как ВСЕ десятилетние ребятишки Первой трассы Бермана через три часа занятий выделывают фигуры высшего автопилотажа? Слушать и всерьез принимать всю эту лабуду про ЕГЭ и учительские зарплаты?

РЖ: Но если бы нашим учителям платили не двести долларов в месяц, а две-три тысячи, они бы чего-то сумели добиться в своем безнадежном деле?

В.Х: Да нет, конечно. Но некоторые хотя бы поездили по адресам, обозначенным в "Революции в образовании", - если не в Новую Зеландию, то хотя бы уж в Финляндию. В Хельсинки, кстати, из Питера билет в обе стороны стоит не более десяти евро. Впрочем, самое интересное, что эти пытливые учителя обнаружили бы на Западе: это воплощенные, переосмысленные идеи нашего педагогического андеграунда - Шацкого, Макаренко, Ионина, Топорова, Бермана, Ривина, Игоря Иванова, Никитиных и иже с ними.

РЖ: То есть вы по-прежнему полагаете, что истина - там, в наших двадцатых?

В.Х: Я очень много ездил по миру. Я честно искал. Ни-че-го-шень-ки такого, что было бы соразмерно.

РЖ: Но раз так, то возникает подозрение, что существует какая-то злая сила, которая не дает хотя бы очевидные вещи воплотить в нашу жизнь? Если известно, что у Макаренко, который работал с САМЫМ дном и генетическим мусором - куда там парижским арабчатам! - не было НИ ОДНОГО сбоя, а его производство было фантастически рентабельным, почему не направить хоть весь стабфонд на восстановление его коммуны и сделать, наконец, Россию страной не дураков, но гениев? Что - плохая национальная идея?

В.Х: Да так оно и будет рано или поздно. Может, Украина свистнет, а может Париж придет на поклон: приходите научите, горим!

РЖ: И пойдете?

В.Х: Перед смертью Сима Соловейчик попытался собрать под одной крышей на Профсоюзной хотя бы самых безобидных - в общем, своих питомцев, не покушавшихся на основы школы: Шаталова, Лысенкову, Ильина... В любом случае это была бы лучшая из школ планеты, что-нибудь вроде Царскосельского лицея. Так ведь и этот проект в штыки встретили и на корню задушили чиновные террористы. Хоть бы кто-нибудь Доску какую-нибудь придумал с портретами тех, кто гнал и гнобил... Они ведь, в общем, и являются главными виновниками всех наших бед. Аккуратные улыбчивые тетки и - реже - дядьки, благими намерениями загонявшие в ад себя, нас, страну. Вижу все те же лица на трибунах Госдумы, во всяких экспертных советах. Они ничему не научились и ничего не поняли. Но, боюсь, они-то и станут осуществлять "национальный проект" в области образования, окончательно все запутают... Вот только не пойму, куда они собираются смыться, если тонкая амальгама культуры окончательно прорвется и на свет божий вылезет та-а-кое мурло? В Париж? Иль к тетке в глушь в Саратов? Везде будет примерно то же самое.

РЖ: И что же делать?

В.Х: Биться. С головой. Понять, что ситуация чрезвычайная. Предпоследний день Помпеи. Но кое-что еще можно. Собрать по крохам российский - самый уникальный в мире - опыт педагогического андеграунда, оставленный нам до востребования гениями, на плечи коих мы так и не хотим вспрыгнуть. Воплотить. Резко поумнеть всей страной и потом весь век торговать не нефтью, а вот этими ноу-хау...

РЖ: Еще раз спросим: а вы лично будете этим заниматься?

В.Х: Хм...Только если с какими-то чрезвычайными полномочиями и с пулеметами по периметру этого педагогического заповедника - чтобы ни одна чиновная рожа близко не могла подойти вплоть до получения первых результатов. У Макаренко они пошли лет через пять.

Добавлена 04.01.2006 в 15:54:55

Письмо авторам



Последние статьи:
  "Советник Президента" N77-2010

  "Культура и жизнь", 1979,7. Кто такие Никитины?

  Начни с...

  Амазония

  Вводка.

  "Пионер". 1989,6. Его величество коммунарский сбор

  Южная Корея. Непристойбище

  Журнал "Твоя ДОРОГА". 2010, октябрь

  Московские новости. - 1994. - 11 - 18 сент.

  Правда


  Все материалы >

Отправьте ссылку другу!

E-mail друга: Ваше имя:


Нашим читателям

  • Вопрос - Ответ new

  • Контакты: письмо авторам

  • Карта сайта

  • Последние статьи:
    Последние новости:


    Работа над ошибками




     

     Keywords: хвар | экопоселение | кругосветка | Хилтунен | футурология |

    Хвар: официальный личный сайт © Хвар.ру Опубликовано в аккурат под католическо-протестантское  Рождество,  так что советуем по примеру Лютера приколотить к дверям. Снаружи и изнутри.  Чтобы и до,  и после работы кололо глаз. Авось кого-нибудь да проймет-таки.



    Индекс цитирования

    Движок для сайта: Sitescript